1. Главная
  2. Новости
  3. Битва за «золотой чек»: как Россия и страны ЕАЭС завоевывают арабского туриста из Залива – и где здесь место Беларуси

Битва за «золотой чек»: как Россия и страны ЕАЭС завоевывают арабского туриста из Залива – и где здесь место Беларуси

25.08.2026 
25 сентября РСТИ приглашает всех заинтересованных принять участие в отраслевой конференции «Развитие экспорта туруслуг РБ на рынке стран Персидского Залива» на площадке столичного отеля Marriott

Страны Персидского залива (GCC) – один из самых перспективных и высокодоходных рынков для въездного туризма. За путешественника из Саудовской Аравии, Катара, Кувейта, Омана, ОАЭ или Бахрейна конкурируют Европа, Турция, Кавказ, Центральная Азия и все активнее — Россия. Это гость, который не летает лоукостерами и не живет в хостелах: он путешествует большими многопоколенными кланами и готов щедро платить за эксклюзивный комфорт и уважение к своим традициям. Пока европейские столицы теряют привлекательность из-за температурных рекордов, гигантских очередей и визовых барьеров, перед странами ЕАЭС открывается окно возможностей. Как привлекать туристов из стран GCC и может ли Беларусь встроиться в этот турпоток с учетом перспективы появления прямого рейса в Саудовскую Аравию (КСА)?

Хотя страны GCC не представляют собой полностью однородный рынок, их объединяет главное: это одна из самых высокодоходных и требовательных аудиторий в мире, которая привыкла к качественному сервису и способна оставлять в поездке значительно больше среднего туриста. Поэтому за внимание арабских гостей конкурируют практически все заметные туристические направления.

1. Анатомия бума: Динамика рынка и геополитический разворот

Россия уже получила свой кусок этого рынка. Если еще несколько лет назад поток из Саудовской Аравии в РФ измерялся тысячами, то сегодня речь идет о десятках тысяч поездок. По данным Погранслужбы ФСБ РФ, в 2022 году из КСА в Россию приехало около 2,1 тыс. туристов, в 2023-м — около 9,3 тыс., в 2024-м — уже 52,4 тыс., а в 2025 году — 74 919 человек. Это рост более чем на 35% за год, и, по оценкам участников рынка, потенциал далеко не исчерпан.

С Арабскими Эмиратами динамика иная: в 2024 году было зафиксировано около 67–69 тысяч поездок (рост на 52%) благодаря развитому авиасообщению — порядка 15 российских городов были связаны прямыми рейсами с ОАЭ. С 2025 года наметился спад из-за эскалации конфликтов в Заливе, однако показатели все равно почти в три раза превышают допандемийный уровень.

За этим кратным ростом стоят три фундаментальных фактора: перестройка авиационных хабов, визовая либерализация и климатический фактор. После закрытия европейского неба роль главных логистических узлов перехватили Дубай, Абу-Даби и Стамбул. В результате частота рейсов между Ближним Востоком и Россией выросла в разы, что снизило удельную стоимость билетов и стимулировало турпоток. К сожалению, весенняя эскалация боевых действий на Ближнем Востоке временнó снизила активность рынка Залива, и не все полетные программы (в частности, из КСА и Кувейта) пока восстановились полностью — их перезапуск ожидается к осени.

Александр Мусихин, директор “Интурист”: 

«Европа, как прямой конкурент России, для арабского туриста становится менее привлекательна из-за аномальной жары, овертуризма, визовых задержек, изменения миграционной политики, ухудшения качества сервиса и в целом - отношения на границах. А наш регион — это прохлада, зелень и цена примерно в полтора раза ниже европейских аналогов при сохранении высокого уровня сервиса. Один из конкурентов Санкт-Петербурга, например, со слов участников наших фам-трипов из ОАЭ, — это Варшава. Но выбор все чаще делают в нашу пользу. Российские компании в первую очередь продвигают классические направления — Москву и Петербург, Сочи как зону с легальным игорным бизнесом, а в зимний период — Мурманск с северным сиянием». 

Ближний Восток остается приоритетом для жителей Саудовской Аравии: около 40% из них планируют путешествия в пределах региона (ОАЭ, Бахрейн, Катар, Турция, Египет и др.). Остальная часть спроса распределяется между Европой, Азией и Африкой. Россия для саудийского и катарского рынков пока находится не в топе приоритетов: 

Сергей Войтович, генеральный директор «Свой ТС»: 

«Не стоит питать иллюзий про сотни тысяч туристов из Саудовской Аравии: когда из страны выезжает 5–10 миллионов человек в год, 50–70 тысяч для Москвы — это пока нишевый сегмент. Для арабских туристов Баку, Ереван, Батуми или Москва — плюс-минус одно и то же. Это не массовый тренд, а скорее экзотика. Они все уже были в Лондоне, Испании, Италии. У них отпуск по 4–5 раз в год. Поэтому, сравнивая Москву, Казань или Минск, они выберут то направление, где меньше суеты и визовых сложностей (электронная виза или безвиз), есть прямой перелет и меньше доплат за багаж. Безусловно, для России этот рынок перспективен: средний чек такого гостя — от $2 000 до $5 000 в неделю. Они очень выгодны для инфраструктуры: готовы доплачивать за комфорт и эксклюзивность, много едят в ресторанах, активно пользуются такси и совершают масштабный шопинг». 

Впрочем, Россия — далеко не единственное направление в СНГ, заново переосмыслившее работу с Ближним Востоком. Страны Центральной Азии тоже активно осваивают этот рынок, доказывая: арабскому туристу интересны новые локации, если предложить им понятную логистику и привычный уровень комфорта.

Хасан Хасанов, сооснователь туроператора и крупнейшего турконсолидатора Узбекистана Easybooking (специализируется на приеме арабских чартерных программ в странах СНГ):

«Мы заходили на рынок Саудовской Аравии в период, когда международный туризм только восстанавливался после пандемии. Первым направлением, где мы обкатали модель работы с туристами из Залива, стал Узбекистан — новый и экзотический для них регион. Программа показала хороший результат, после чего мы стали системно масштабировать этот опыт: открыли для арабских гостей Кыргызстан, Казахстан, Таджикистан, затем Грузию (Тбилиси), Армению, Черногорию и Турцию (в частности, Трабзон).

После успешной работы с Саудовской Аравией мы поняли, что соседние рынки — Бахрейн, Катар, Кувейт, Оман и Иордания — также имеют высокий потенциал. Мы научились досконально понимать их менталитет, специфику запросов и структуру B2B-продаж. В этом году мы готовили запуск прямой чартерной программы из Бахрейна в Беларусь, однако из-за эскалации на Ближнем Востоке старт пришлось отложить. По нашему опыту, с рынком GCC наиболее эффективно работать именно через собственные чартерные программы — это дает полный контроль над объемом, ценообразованием, датами и качеством продукта, в то время как жесткие блоки мест на регулярных рейсах не дают нужного масштаба».

2. Портрет арабского путешественника: Психология «Золотого пузыря»

По мнению экспертов, к туристам из GCC мерки европейского экскурсионного туризма не подходят. Арабский гость не поедет смотреть музеи с утра до вечера. Для него отдых — это глубокая релаксация, гедонизм и тотальная приватность.

«В среднем экскурсионная программа у них гораздо меньше, чем у любых других туристов», — отмечают эксперты. Гость может приехать на 10–12 дней, заранее забронировать отель и трансфер, а уже на месте решать, чем заняться: сегодня — шопинг, завтра — прогулка, послезавтра — неожиданное желание поехать в место, увиденное в соцсетях. В отличие от китайских туристов, которым продают насыщенные туры с расписанием по минутам, гость из GCC предпочитает «пустой» тур — свободное время, приватность и возможность в любой момент наполнить его тем, что захочется.

Сергей Войтович: «В Москве они не ходят в Кремль, Третьяковку или Пушкинский музей. Их формат — обзорная экскурсия, 7D-кинотеатр “Полет над Россией” в Зарядье, прогулки по Москве-реке, зиплайн над Лужниками, цирк, хаски-парки и шопинг на целый день с гидом и автобусом. Иногда — Царицыно, Завидово или ВДНХ, но только ради прогулок на свежем воздухе, без посещения дворцов и павильонов».

Александр Мусихин: «Арабские туристы сильно отличаются от гостей из других стран. Для нас каждый рекламный тур — это “кот в мешке”. В недавний фам-трип по Санкт-Петербургу для 20 представителей из Омана, ОАЭ и КСА мы включили классику (Эрмитаж, музей Фаберже и др.) и развлечения (квадроциклы, стадион “Газпром Арена”). Нам было интересно, что им понравится.Мы делали ставку на музей Фаберже — там всё богато и в золоте. А в итоге не могли увести их со стадиона: они с восторгом бегали по пустому полю и фотографировались. Век живи — век учись».

Четыре сегмента аудитории Залива:

  1. Молодежь (18–25 лет): Искатели впечатлений и престижа. Едут за эмоциями, эксклюзивным ритейлом, закрытыми локациями(секретные бары, pop-up ужины, закрытые клубы), адреналином (зиплайн, квадроциклы) и контентом для соцсетей, соблюдая при этом «красные линии» консервативной культуры.
  2. Молодые семьи (25–40 лет): Дети — центр вселенной. Состав: муж, жены, 2–5 детей и няни. Главный запрос — family-friendly инфраструктура, безопасность, приватные виллы и закрытые бассейны, где женщины могут расслабиться без абайи. Если в отеле нет детского клуба с активностями, а в ресторане нет детского меню, семья из ОАЭ или KSA туда просто не поедет, сколько бы звезд у отеля ни было.Тратят огромные суммы на детскую дизайнерскую одежду, игрушки и гаджеты. Это главные драйверы трафика в торговые центры.Они не оставляют детей дома. Ребенок едет всегда, даже в ресторан высокой кухни поздно вечером.
  3. Зрелые семьи (40–55 лет): Статус, релакс и медицинский чекап. Выбирают сьюты высшей категории или бутик-отель, где можно выкупить крыло, премиальную гастрономию à la carte, приватный досуг (избегают людных мест - частные пляжи, частные коллекции, закрытые показы мод) и медицинское обследование, сложная стоматология, плановая хирургия. Выбираются клиники с президентским уровнем сервиса.
  4. Пожилые патриархи (60+): Основа общества Залива. Путешествуют межпоколенными кланами в сопровождении семьи или личных помощников. Цель поездки: оздоровление (термальные источники, реабилитация) и спокойный отдых на природе. Требуют абсолютной тишины, идеального сервиса, строжайшего соблюдения религиозных норм и халяль-питания (часто постная диета без соли и сахара, с персональным поваром).

Александр Мусихин: «Из стран Персидского залива очень часто приезжают всей семьей — это так называемый multi-generation travel (дедушки, бабушки, дети, внуки). Турфирма должна учитывать интересы всех поколений: дедушке нужен вид на горы и тишина, сыну — гольф, невестке — спа и бутики, внукам — аквапарк и игровую комнату. И все это должно находиться в пешей доступности, но в разных зонах, чтобы потоки не пересекались».

Хасан Хасанов: «Сложность еще в том, что около 70% бронирований поступает максимум за неделю до вылета. Это связано с привычкой к быстро меняющимся условиям:  после периода ограничений у многих сохранилось ощущение, что границы, правила или авиасообщение могут измениться. Поэтому они часто принимают решение о поездке в последний момент».

Эксперты подчеркивают: гость из GCC стремится создать «золотой пузырь» — гарантированный контроль среды, где за деньги покупается немедленное исполнение любой прихоти.

Александр Мусихин: «Их девиз — "Я хочу это вчера". Если турист из Залива захотел посреди ночи поехать на экскурсию, купить редкую вещь или поменять отель, потому что ему показалось, что персонал "не так посмотрел на его жену", вы должны сделать это немедленно. Потребительское поведение: деньги для них – не цель, это инструмент. Если что-то им нужно, то они готовы платить, но должен быть очень быстрый сервис. Скорость решения задач и уважение к статусу — ключевой маркер. При этом они оставляют самые щедрые чаевые в мире»

3. Чек-лист принимающей стороны: От халяля до трансферов

Работа с рынком GCC требует точечной настройки операционных процессов:

  1. Питание: Халяль как базовый минимум. Строгая сертификация каждого заведения не всегда обязательна, но важно заранее уточнять требования  клиента. Для одних туристов достаточно отсутствия свинины и алкоголя в блюдах, если нет халяль, они закажут пиццу 4 сыра или курицу в “Ростиксе”. А другим необходимо официально сертифицированное халяльное питание и даже если в отеле пахнет беконом из общего ресторана — уедут. 

Хасан Хасанов отмечает: «В Узбекистане, Кыргызстане, Казахстане, Таджикистане и Турции халяльное питание доступно достаточно широко. Если в определённом месте туристы не могли найти подходящее мясо, они выбирали: рыбу, морепродукты, овощные блюда либо самостоятельно организовывали барбекю. Такие ситуации у нас встречались, и их всегда удавалось решить». 

  1. Приватность и гендерное разделение: Никаких совместных бассейнов и бань. Спа-зоны должны быть разделены по полу или времени посещения, либо отель должен предлагать номера с приватным выходом к бассейну. Фото- и видеосъемка женщин и детей без разрешения — строгое табу, персонал должен быть проинструктирован. 
  2. Размещение и сервис: Отели категории 4+ и 5* или люксовые апартаменты. Обязательны просторные или смежные номера (connected), способные вместить семьи с детьми и обслуживающим персоналом. 
  3. Логистика. Ошибка — подавать седан эконом- или бизнес-класса. Арабские туристы путешествуют с большим объемом багажа (3–4 чемодана на человека) и делают много покупок. Даже для пары гостей необходим представительский микроавтобус (например, Mercedes V-Class).
  4. Коммуникация: Забудьте про деловую переписку по email. Рынок GCC работает в WhatsApp 24/7. Изменения в списки гостей могут вноситься, когда самолет уже в воздухе. Для них важна гибкость программы и возможность менять маршрут уже во время поездки. Непрерывный контакт и возможность ответить в любое время - для них много значит. Не все говорят хорошо по-английски, поэтому арабоязычный персонал - большой плюс для отеля.

4. Маркетинг и B2B-каналы: Что реально работает?

Классические выставки (например, Arabian Travel Market в Дубае) сегодня служат скорее для поддержания имиджа, но малоэффективны для прямых продаж.

Александр Мусихин: «Самый эффективный инструмент сегодня — это выездные B2B-воркшопы, организуемые при поддержке государственных профильных комитетов, и целевые рекламные туры (FAM-туры). Когда арабский агент сам проедет по маршруту, оценит отель, приватность и рестораны — только тогда пойдет настоящий поток. Вторым важнейшим каналом является инфлюенс-маркетинг: арабский сектор крайне цифровизован и полностью доверяет блогерам из Instagram и Snapchat»

5. Белорусский вектор: Перспективы, драйверы и экономика комбинированных туров

Может ли Беларусь стать новым «открытием» для гостей из Персидского залива? Ответ аналитиков: да, но при соблюдении ряда условий.

Главные магниты Беларуси:

  • Экология и прохлада: Настоящие зеленые массивы, Беловежская пуща, мягкий летний климат.
  • Замковый и нишевый отдых: Несвижский и Мирский замки с возможностью проживания — эксклюзивный продукт, идеально попадающий в запрос на аутентичность и прогулки.
  • Гэмблинг (Казино): В условиях тотального запрета на игорный бизнес в странах GCC и его отсутствия в мегаполисах РФ, легальная и высококлассная игорная индустрия Минска — мощнейший драйвер.
  • Милитари-туризм и активный досуг: Стрелковые комплексы, военная техника, квадроциклы, хаски-парки.
  • Шопинг & City Break: Наличие брендов, европейский дух города и доступность отелей 4–5*.

Экономика комбинированных туров:

Почему идея комбинированных туров (например, «Москва + Минск») встречает скепсис у туроператоров?

Сергей Войтович: «Комбинированные туры с внутренними перелетами проваливаются из-за багажа. Арабский турист летит с несколькими огромными чемоданами. Перевес на внутренних рейсах обойдется в $200–300, плюс два дополнительных трансфера по $100. Посчитав лишние $500 на логистику, гость предпочтет остаться на эти деньги еще на 2–3 ночи в отеле Москвы или Казани. Исключение — скоростные поезда (как "Сапсан" между Москвой и СПб), где нет жестких ограничений по весу багажа».

Впрочем, по мнению Александра Мусихина, комбинация с Минском имеет свои плюсы - это шоппинг и гэмблинг: в Беларуси выбор брендов шире и во многих отелях есть казино. Однако такие программы требуют совместного продвижения на B2B-воркшопах, а также специальных тарифных условий и скидок от авиаперевозчиков.

Главный ключ к запуску белорусского направления — прямое регулярное авиасообщение. Как только полетит прямой рейс из Эр-Рияда, Джидды или Дохи, заполняемость турпотока начнет расти автоматически.

Профессиональный вывод

Рынок стран Персидского залива — это не массовый эконом-сегмент, а высокомаржинальный, капризный и точечный B2B-бизнес. Чтобы закрепиться на нем и отвоевать долю у конкурентов (Азербайджана, Армении, Грузии, Европы), странам ЕАЭС и Беларуси необходима четкая дорожная карта:

  1. Инфраструктура: Прямые регулярные рейсы, упрощенный/безвизовый режим и адаптация отелей 4+ и 5* под стандарты работы с арабскими семьями (коннект-номера, приватность, круглосуточный Room-service).
  2. Единый B2B-промоушн: Совместные B2B-воркшопы (под эгидой профильных ведомств и союзов туриндустрии) в Джидде, Эр-Рияде и Дубае.
  3. Продукт «под ключ»: Акцент на сильные стороны региона — природный релакс, замковую экзотику, легальный гэмблинг и премиальный сервис.

На этом рынке выигрывает не тот, кто предлагает длинные музейные экскурсии, а тот, кто гарантирует абсолютную безопасность, статус и мгновенное исполнение любых пожеланий гостя.

Председатель правления РСТИ Филипп Гулый: 

Опыт, полученный нами еще до пандемии, причем не только положительный, надо сказать, дал нам достаточно четкое представление и об особенностях дистрибуции, и о переоцененных подходах к кросс-маркетингу, и о сложных аспектах взаимодействия с авиарынком. Но при этом нюансы, касающиеся сервиса и критериев потребления, актуальны и сегодня.

Весьма жаль, что события конца февраля перечеркнули наши планы по запуску чартерной программы с Бахрейном. Да и в целом стабильность в этом регионе оставляет желать лучшего. Однако важно понимать, что наш потенциал вполне способен при значительных усилиях трансформироваться в продукт, соответствующий запросам этого значимого для мирового туризма рынка.

Поэтому одной из наиболее острых и требующих скорейшего решения задач является создание условий для развития сервиса. В сегодняшних реалиях это непросто — от организации халяльного питания до подготовки персонала. Поэтому широкое внедрение программ повышения компетенций и получения практического опыта международного уровня, обучение инфраструктурных команд — одна из первоочередных задач. И ее решение сегодня, возможно, даже важнее, чем развитие авиасообщения.

Пресс-служба РСТИ